Syriza suur võit / Большая победа Сирисы / Great win for Syriza (Yanis Varoufakis interview for El Pais (Spain)

Мы проиграли битву. Но мы выиграли войну

Мы проиграли битву. Но мы выиграли войну

Янис Варуфакис один из главных противников уступок кредиторам. На всех переговорах с кредиторами и еврочиновниками, в которых Варуфакис принимал участие как главный греческий финансист, он жестко и твердо отстаивал независимость и суверенитет Афин в финансовой политике и категорически отказывался от мер жесткой экономии, которых требовали кредиторы.
При этом Янис Варуфакис часто не стеснялся в выражениях и говорил, что думает. Показательным в этом отношении является скандал, когда его обвинили в том, что он показал средний палец Германии.
Бескомпромиссность и жесткость привели к тому, что за полгода пребывания у власти Варуфакис нажил себе много врагов в высших эшелонах европейской власти. Эти враги и поставили одним из условий начала переговоров о программе помощи и кредитам уход его с занимаемого поста. Янис Варуфакис добровольно ушел в отставку на следующий день после того, как Алексис Ципрас согласился выполнить требования кредиторов. Сейчас он выступает против уступок кредиторам и будучи членом парламента голосовал против.

Экономист и политик левых взглядов, поклонник быстрых мотоциклов и ярких рубашек рассказал читателям El Pais о положении в Европе и в первую очередь в Греции.
В интервью бывший министр финансов Греции нарисовал мрачное будущее для Европы. Правда, уверен он, время остановиться и изменить ход истории еще есть.
Янис Варуфакис считает, что долго обманывать европейские народы у тройки кредиторов не получится. С одной стороны, они раздают все новые и новые кредиты, которые невозможно выплатить; а с другой, утверждают, что только таким образом можно решить проблему долгов. Бывший министр считает, что такой обман в непродолжительный промежуток времени возможен, что и показывают события в Европе. Однако он невозможен в более длительной перспективе. Или Европа изменится и этот процесс будет заменен чем-то более демократичным, эффективным, человечным, или Старый Свет перестанет существовать как монетарный союз.

ЕР: Вы говорите, что многое изменили. Вы действительно считаете, что за эти шесть месяцев многое изменили?
ЯВ: А почему вы здесь? Потому что произошли перемены. Существовало правительство, которое было выбрано для жестких переговоров на той базе, которая считается неприемлемой в еврозоне. Но это требование истории, а не чья-то прихоть. Неопровержимая логика состоит в иррациональности еврогруппы и в том, что историю все равно не остановить. В результате – много шума… Очень хочется надеяться, что будет и свет.

ЕР: Вы написали книгу, где рассказываете и о своей дочери… Действие программы помощи закончится в 2018 году. За Грецией будут наблюдать до тех пор, пока Афины не выплатят большую часть долга. В среднем срок платежей 32 года. Получается, что экс-тройка, а теперь квадрига и люди в черном будут сидеть в Афинах, пока не вырастут ваши внуки. Что вы собираетесь с этим делать?
ЯВ: Давайте не будем называть их экс-тройкой. Это по-прежнему тройка. Мы дали им шанс стать «институтом», принять законный формат. Однако они вели себя последние пять лет, как незаконная тройка.

ЕР: Но разве вы не убили тройку?
ЯВ: Мы избавились от них в Афинах, но сейчас они вернулись. Тройка вернулась. Они могли действовать, как законный институт, но явно предпочли быть тройкой кредиторов. Это их выбор.

ЕР: Но они будут здесь до 2050 года, когда ваши внуки станут взрослыми.
ЯВ: Нет, не будут.

ЕР: Что то ждет Грецию в ближайшие месяцы? Ничего хорошего?
ЯВ: Третий пакет помощи для Греции обречен на провал. Давайте смотреть правде в глаза: немецкий министр Вольфганг Шойбле, никогда не был заинтересован в решении проблем Греции. Его план редизайн Еврозоны. Одно из заблуждений этих дней, что договор между Афинами и кредиторами это альтернатива плану Шойбле. Не так: соглашение это и есть часть плана Шойбле.

ЕР: Так вы ждете грексита или нет?
ЯВ: Надеюсь, его не будет. Но я жду большого шума и, как я говорил, задержек, неудач в достижении недостижимых целей, еще большей рецессии, политических тупиков. Затем Европе придется решать, продолжать ей и дальше осуществлять план Шойбле или нет.

ЕР: Но какой, по-вашему, главный сценарий развития событий? Шойбле обрек Грецию на выход из еврозоны?
ЯВ: Вы видите, что все идет по заранее разработанному плану. План этот сейчас выполняется. Шойбле хочет обойти Комиссию и создать пост комиссара по бюджету. Этот чиновник будет следить за соблюдением правил при составлении национальных бюджетов даже в тех странах, которым не оказывается помощь. Другими словами, план заключается в том, чтобы превратить в «программные» все страны! Шойбле хочет установить повсюду правление тройки. В сферу действия плана попадает и Мадрид, но больше всего он мечтает сделать это с Парижем.

Джекпот, самый большой приз в этой игре – конечно Париж.

ЕР: Париж?
ЯВ: Париж – главная цель тройки. Грексит – лишь орудие для создания страха, необходимого, чтобы заставить Париж, Рим и Мадрид уступить.

ЕР: Значит, Грецией жертвуют что бы изменить правила игры в Европе?
ЯВ: Считайте это «демонстрацией»: вот что произойдет с вами, если вы полностью не подчинитесь тройке. Удушение правительства при помощи удавки ликвидности, целая цепь отказов от любых серьезных предложений реструктуризации долга… Самое удивительное то, что мы шли к ним с предложениями, а они даже отказывались всерьез их обсуждать. И при этом требовали, чтобы мы не рассказывали о них людям. Одновременно они делали утечки информации и заявляли, что у нас нет никаких предложений. Любой независимый наблюдатель без проблем понял бы, что Брюсселю и не было нужно взаимовыгодное решение. Набросив на нас удавку ликвидности, они подорвали нашу экономику и переложили вину за это на нас… Мы должны были постоянно делать платежи МВФ одновременно с выплатами нам, но выплат не было. Они занимались этим и откладывали подписание соглашения до тех пор, пока у нас не закончились деньги. После этого они предъявили нам ультиматум, пригрозив закрытием банков. Это можно назвать одним словом – переворот и финансовый терроризм. В 1967 году были танки, в 2015 – банки. Но результат один и тот же – свержение правительства или заставить его свергнуть само себя.

ЕР: Никто не спорит, что требования кредиторов были слишком жесткими, Но вы проиграли и ваша стратегия переговоров потерпела серьезную неудачу..
ЯВ: Мы не проиграли. Мы положили дискуссию на стол. Всем тем, кто говорит что мы бесславно проиграли хочу сказать – нам удалось открыть дискуссию не только о Греции, а о Европе и это стоит на вес золота.

ЕР: Вы довольны результатом?
ЯВ: После шести месяцев боевых действий мы проиграли битву. Но мы выиграли войну, мы изменили дебаты.

ЕР: План В еще можно осуществить?
ЯВ: Давайте разделим две вещи. Существовал план В, который мы вообще-то называли планом Х, чтобы противопоставить его плану Z ЕЦБ. Это был наш ответ на агрессивные действия ЕЦБ, Еврогруппы и т.д. Кроме этого, был и полностью отдельный и независимый план по созданию новой платежной системы при помощи интерфейса налоговой службы. Эту систему, как я уже недавно объяснял Financial Times, придется запускать в любом случае. Она могла бы пригодиться, думаю, и Испании или Италии, например.

Давайте не будем смешивать эти два плана. Платежную систему можно и нужно вводить уже завтра. План Х сейчас, по-моему, стал частью истории. Он был реакцией на агрессивные действия, направленные на то, чтобы заставить нас уступить на переговорах. Сейчас мы сдались, так что он стал достоянием экономической истории.

Перед голосованием в парламенте Ципрас сказал, что альтернативы требованиям кредиторов нет, но думаю, этот план мог бы стать такой альтернативой. Он мог бы сказать нашим людям, что альтернатива требованиям имеется.

ЕР: Но почему Ципрас принял условия кредиторов?
ЯВ: Об этом вам следует спросить его самого. Будет неправильно, если я буду отвечать за кого-то. Особенно, если речь идет о премьер-министре.

ЕР: Какие у вас отношения с Шойбле, де Гиндосом (министр экономики Испании – прим. редакции) и, может быть, с Дейсселблумом (председатель Еврогруппы – прим. редакции)?
ЯВ: Никаких отношений с Дейсселблумом существовать не может. Не потому что он – легковес в плане интеллекта, но главным образом, потому что ему нельзя доверять. Например, он решил солгать мне на моем первом же заседании Еврогруппы по процедурным вопросам. Одно – не соглашаться с президентом Еврогруппы и совсем другое, когда он лжет вам по очень важным процедурным вопросам. Шойбле и де Гиндоса, с другой стороны, я считаю коллегами, с которыми я с большим удовольствием беседую на личном уровне. Наши разговоры часто проходят в напряженной атмосфере, но это интересный обмен мнениями. Для ученого нет ничего интереснее интересного обмена мнениями. Наши разногласия были серьезными, но на личном уровне существовало взаимное уважение и полезный обмен идеями. Проблема заключается в том, что, когда эти люди собираются в Еврогруппе, из-за ее катастрофически плохого и непродуманного формата дело заканчивается провалом, который вредит всей Европе. Поэтому в другом формате, в другом окружении, уверен, мои рабочие отношения с такими коллегами, как де Гиндос и Шойбле, принесли бы вполне весомые и зрелые плоды.

ЕР: Однажды вы сказали, что Тэтчер оставила после себя финансиализацию, торговые центры и Тони Блэра. Я хочу спросить у вас, какое наследие оставит Меркель?
ЯВ: Европа сейчас находится в процессе перехода из королевства всеобщего процветания, по крайней мере, так мы себе это представляем, в железную клетку для людей. Надеюсь, госпожа Меркель решит, что не хочет оставлять после себя такое наследие.

Lisa kommentaar

Sinu e-postiaadressi ei avaldata. Nõutavad väljad on tähistatud *-ga

Saad kasutada järgmisi HTML-i märgendeid ja atribuute: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>